Он появился на свет в родовом замке (там же умер). Мишель Монтень получил прекрасное гуманитарное образование, блестяще знал латынь, изучал право и стал советником парламента в Бордо. На его умственное развитие благотворно повлияла дружба с публицистом и философом Ля Боэси. В 1571 году Монтень покинул службу и уединился в своем замке, "утомленный рабским пребыванием при дворе и общественными обязанностями" (его слова), посвятив свое время "свободе, покою и досугу". В трудные годы гражданской войны ему довелось быть мэром Бордо, проявляя решительность и мужество.
Из поучительных суждений Монтеня можно составить объемистую книгу. Вот некоторые из них:
— Чтение служит мне лишь для того, чтобы, расширяя мой кругозор, будить мою мысль, чтобы загружать мой ум, а не память.
— Тысячи путей уводят от цели, и лишь один-единственный ведет к ней.
— Мера жизни не в ее длительности, а в том, как вы использовали ее: иной прожил долго, да пожил мало.
— Нищете материальной нетрудно помочь, нищете души — невозможно.
— Если можно быть ученым чужою ученостью, то мудрыми мы можем быть лишь собственной мудростью.
— Жизнь сама по себе — ни благо, ни зло; она вместилище и блага и зла, смотря по тому, во что вы сами превратили ее.
— И даже на самом высоком из земных престолов сидим мы на своем заду.
Философы, прочно стоящие на позициях здравого смысла, обычно не пытаются резко менять ход событий. К таким мыслителям можно отнести Мишеля Монтеня. В его знаменитых "Опытах" главы чередуются прихотливо, подчиняясь свободному течению мысли. И если бы не обильные ссылки на разнообразных авторов, преимущественно античных, его сочинение стало бы собранием блестящих литературно-философских эссе.
Монтень — реалист (в современном значении этого слова). Он избегает ссылок на сверхъестественные силы, соглашается с античной идеей: богов создают люди по своему образу и подобию. Он не верит на слово ни алхимикам и астрологам, ни философам и богословам, ни оракулам и пророкам. Старается руководствоваться здравым смыслом, знаниями и личным опытом при осознании и учете своего незнания. "Природа, — пишет он, — руководитель кроткий, но в такой же мере разумный и справедливый… Я всячески стараюсь идти по ее следу, который мы запутали всевозможными искусственно протоптанными тропинками".
Монтень отрицает индивидуальное бессмертие души, не подтверждаемое никакими фактами. В это можно верить, на это можно надеяться, хотя природа показывает, что жизнь организмов всегда сопряжена со смертью. Таков естественный порядок вещей, а сверхъестественное — не более чем фантазия…
Нет смысла пересказывать суждения Монтеня. Его полезно и интересно читать, ибо он еще и великолепный писатель. Замечательно его отношение к познанию. "В начале всяческой философии лежит удивление, ее развитием является исследование, ее концом — незнание". Счастье и смысл жизни он находил в исканиях истины: "Пытливости нашей нет конца: конец на том свете. Удовлетворенность ума — признак его ограниченности или усталости. Ни один благородный ум не остановится по своей воле на достигнутом: он всегда станет притязать на большее, и выбиваться из сил, и рваться к недостижимому… Пища его — изумление перед миром, погоня за неизвестным, дерзновение".